Культура

by 31/03/2016 в 10:10/ on / in Культура

Живопись эпохи Ренессанса

Современную живопись невозможно представить без влияния на неё творчества величайших художников эпохи Ренессанса. Творчество это – признанная классика, и она всегда будет существовать в подсознании живописцев наших дней. Именно в период Возрождения появилось большинство уникальнейших произведений искусства, частью которого является живопись, а особенно живопись мастеров Read more ›

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

В Москву приехал главный Принс Бродвея

Говоря о Бродвее, мы, разумеется, имеем в виду бродвейские театры, которые существуют исключительно на принципах коммерческого шоу-бизнеса и работают по проектной схеме. Естественно, в этой связи Принс уделил большое внимание роли продюсера. Тем более что и сам он начинал именно как продюсер в команде легендарного Джорджа Эббота, прожившего 107 лет и за два года до кончины принимавшего участие в 100-летнем юбилее Бродвея, будучи старше самого юбиляра.

«Когда-то это было так, — рассказал Принс. — Вместе с композитором, бутылкой скотча и пакетиком чипсов мы шли к потенциальному инвестору и рассказывали ему сюжет будущего мюзикла, сопровождая рассказ исполнением номеров. Так удавалось получить достаточную по тем временам сумму — 250 тысяч долларов. Сейчас на выпуск полноценного шоу нужно от 12 до 15 миллионов, и получить их при помощи увлекательного рассказа и скотча не удастся». За те 60 с лишним лет, которые Харольд Принс посвятил музыкальному театру, все сильно поменялось. И не в лучшую сторону. Когда-то продюсеров было двое, но часто хватало и одного, они были людьми творческими. Сегодня дефицит креативных продюсеров, принимающих умные решения, умеющих и желающих экономить деньги инвесторов, они ничего не понимают в театре, и он им не очень интересен. Их волнуют только деньги, прибыли. Именно поэтому Принс совершенно отказался от продюсирования и сосредоточился на режиссуре.

Свою неповторимую индивидуальность, свой почерк и подход к материалу американский режиссер нашел — удивитесь — в СССР. Он приехал в нашу страну в середине 1960-х. Хотел увидеть спектакль «Вестсайдская история» в советской интерпретации (в 1965 г. шел в Московской оперетте с Татьяной Шмыгой). Однако спектакль посмотреть не удалось: в этот день он не шел на сцене, но Принсу удалось поговорить с режиссером Георгием Ансимовым, который был очень удивлен, что в американском варианте артисты танцуют. Тут уж изумился Принс: «А что же у вас делают?!» «У нас пластика. А покажите, как у вас танцуют?» И тогда Ансимов стал напевать музыку Леонарда Бернстайна, а Принс — изображать, как именно танцуют и двигаются американские артисты в бродвейской постановке.

Но главным впечатлением, кардинально изменившим представление Харольда Принса о театре, стало его посещение Таганки. Он слышал о необыкновенном режиссере Юрии Любимове и мечтал попасть на его спектакль, но билет достать было невозможно. Только при помощи секретаря посольства ему перепали билеты в последний ряд. Это был спектакль «10 дней, которые потрясли мир», который, в свою очередь, потряс 37-летнего Принса. Как говорит он сам, «в Америку я вернулся другим человеком. Любимов показал мне, каким должен быть театр».

Последующие постановки Принса, его шедевры — «Призрак Оперы», «Эвита», «Компания», «Безумство», «Кабаре» — синтез музыкального и драматического театра при явном доминировании драматического начала. Сюжет, история, содержание, месседж — вот что волнует Принса, который при этом применяет все возможные технологические достижения бродвейского мюзикла. Но это театр — для человека и о человеке: прежде всего серьезный и глубокий и лишь потом — развлекательный. Именно «Кабаре» стало первой работой Принса после его встречи с любимовским театром.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

«Волшебная флейта» впервые на сцене Михайловского театра

В 2010 году Пет Хальмен сочинил этот спектакль в Лозанне. Сочинил по полной программе: режиссер, сценограф, художник по костюмам, Хальмен создал законченный и целостный сценический образ моцартовского шедевра, который достоин того, чтобы стать калькой. Сегодня этот проект стал данью памяти режиссера и художника, ушедшего четыре года назад.

Царство Зарастро по версии Хальмена — это знаменитая Веймарская библиотека герцогини Анны Амалии, в которой в 2004 году случился пожар, уничтоживший книжное хранилище с ценнейшими раритетами — манускриптами и партитурами. Есть легенда, что там же погибла и рукопись партитуры «Волшебной флейты». Впрочем, из надежного источника мы знаем: рукописи не горят. «Волшебная флейта» вот уже более двух веков одаривает счастьем слушателей. Ведь сказать, что музыка этой оперы гениальна, — банальность на грани пошлости, как, впрочем, любая очевидная истина. Хальмен сделал так, что и для зрителей спектакль оказался гармоничным. Масонские шифры в достаточной степени отражены в сценографии: здесь и египетские боги, и анубисы со сфинксами, и соответствующие символы на фартуках «вольных каменщиков» — глаз Гора, портрет Великого Магистра Гете, масонские колонны Боаз и Яхин. Ну и, конечно, Ороборо (или Уроборос) — змея, пожирающая собственный хвост, как основной символ, включающий в себя множество значений: создание из уничтожения, Единство и Бесконечность, жизнь и смерть — короче, «мой конец — это мое начало».

При этом постановщик не озадачивается каким-то углублением темы или ее раскрытием: ну, масонство и масонство. Оно априори заложено в насмешливом тексте Шиканедера, и раскрыть сегодня нам, грешным, истинные значения этих кодов этой как будто бы забавной шифровки, право же, не удастся, как ни старайся. Да и ни к чему: Моцарт оставил нам такую партитуру, в которой все божественные смыслы проявлены на самом высоком и одновременно глубоком уровне. Слышащий да услышит.

Благо было что и кого послушать. Начать стоит с Алексея Тихомирова в партии Зарастро. Обаятельнейший, сильный, красивый, мощный — такими эпитетами можно наградить образ, который он создает. Прекрасно звучащие нижние ноты не делают этот персонаж зловещим, а придают ему еще больше благородства. Он, конечно, жрец Озириса, но в большей степени — магистр масонской ложи XVIII века, комфортно чувствующий себя в интерьерах библиотеки, которая то становится белоснежным хранилищем мудрости, то вдруг оборачивается черным негативом с пустыми полками. Ведь Пет Хальмен был еще и художником по свету — так что и световые эффекты органично интегрированы в единый замысел одного автора.

Прекрасна пара Тамино и Памина — Паоло Фанале и Валентина Феденева. Молодой итальянский тенор, который равно успешно исполняет партии во французских и итальянских операх, замечательно показал себя в моцартовском зингшпиле. И отлично справился с русским текстом в диалогах. Его русская партнерша ни в чем не уступала итальянцу — ни в вокале, ни в артистичности. Папагено (Александр Шахов) и Папагена (Екатерина Фенина), как обычно, особенно понравились публике. И немудрено: эта парочка простолюдинов предстала в образе… пингвинов! А в адрес исполнительницы партии Царицы ночи Светлане Москаленко следует сказать особые комплименты: ее вокальная техника и интонация были безупречны.

Оркестр под управлением Гавирэля Гейне звучал очень неплохо. Хотя иногда возникало ощущение, что маэстро не хватило репетиций: случались моменты (не так много, но лучше бы их не было вовсе) несогласованности оркестра с певцами. Впрочем, это уже из области перфекционизма.

Главное, что удалось создателям спектакля и исполнителям, — донести всю красоту музыки Моцарта, при этом сохраняя чувство юмора, свойственное либретто. Следование тексту — этот оспариваемый многими принцип соблюден в спектакле с каким-то очевидным удовольствием. И смотреть на это без удовольствия невозможно.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

Прима не будет больше баллотироваться в Думу


фото: Кирилл Искольдский

Светлана Захарова в представлении не нуждается — достаточно сказать, что в пространстве классического танца на сегодня это одна из самых совершенных балерин-ассолюта нашего времени… Прима Большого и этуаль Ла Скала, выступающая в качестве приглашенной звезды с балетными труппами таких театров, как Гранд-опера, ABT (Американский балетный театр), Римская опера, и многих-многих других… Перечислять труппы, куда ее приглашали танцевать, так же трудно, как и ее звания… Народная артистка России, лауреат Государственной премии, офицер французского ордена «За заслуги в искусстве и литературе», член совета по культуре и искусству при Президенте России, депутат Государственной думы предыдущего созыва, дважды лауреат «балетного Оскара» — приза «Benois de la Danse», и прочая, и прочая, и прочая…

Под непрерывное стрекотание фотокамер балетная суперстар отвечала в «МК» на заданные журналистской братией самые разнообразные вопросы: какую роль русский балет играет на мировой сцене? как внести свежие краски в уже ставшие классикой партии? как привлечь молодое поколение в этот вид искусства?

На вопрос «когда вы последний раз были в городе Луцке, где родились?» откровенно призналась:

— С детства не была…

А вопрос, по-прежнему ли наш балет «впереди планеты всей», вызвал у мегазвезды снисходительную улыбку:

— Ну как всегда — да. Очень многое, конечно, зависит от исполнителя, от репертуара, который привозят за границу. Но судя по тому, что в Большой театр до сих пор сложно достать билеты на балетные спектакли, наверное, это говорит о многом.

Наконец объявила Светлана в «МК» и программу своего уникального вечера, мировая премьера которого пройдет на Исторической сцене Большого театра 24 и 25 мая… Это созданные специально для нее три одноактных балета, которые она никогда прежде не танцевала… «Франческа да Римини», на музыку Чайковского в постановке Юрия Посохова, посвящен истории трагической любви Франчески и Паоло, увековеченной в «Божественной комедии» Данте… «Пока не пошел дождь», австрийского хореографа, бывшего премьера трупп Мориса Бежара и Начо Дуато Патрика де Бана, — балет «о любви и о мечте». В необычном для себя амплуа предстанет Захарова в третьем балете программы с необычным названием «Штрихи через хвосты» на музыку Моцарта. Ирландский хореограф Маргарита Донлон создала его, узнав, что Моцарт при написании 40‑й симфонии использовал в партитуре свой авторский знак — перечеркивал хвосты (флажки) нот, тем самым показывая исполнителям, что они могут произвольно выбрать длительность звучания. А «оденет» звезду Большого театра и Ла Скала в этом балете модельер Игорь Чапурин.

— Это три совершенно разных одноактных балета, — увлеченно рассказывала Светлана о своем предстоящем творческом вечере в Большом, — в разных направлениях, в разных стилях и, что очень приятно, совершенно разные эмоционально. С Юрием Посоховым и Патриком де Бана, авторами первых двух балетов, я уже встречалась, а вот хореографию Маргариты Донлон я буду танцевать в первый раз.

Детский фестиваль танца «Светлана»

Но главное внимание прима-балерина-ассолюта, естественно, уделила своему детищу, не так давно учрежденному ею и ее Благотворительным фондом содействия развитию балетного искусства, — фестивалю детского танца «Светлана», который уже во второй раз пройдет в конце марта в концертном зале «Россия» Дворца спорта «Лужники»… А привели ее к этому важному в ее жизни решению, конечно, воспоминания о собственном детстве.

— Взрослые не должны забывать о своем детстве, о своих детских мечтах и грезах, — считает она. — Когда я была маленькой, каждый мой поход в театр, каждое выступление или поездка были для меня огромным событием, которые запомнились навсегда. Помню, как я готовилась к выступлениям и уже тогда, в детском возрасте, осознавала, что делаю что-то важное, особенное и очень дорогое моему сердцу. Эти детские воспоминания и стали основой, на которой возникла идея провести детский фестиваль танца «Светлана». Мне захотелось объединить разные жанры и направления хореографического искусства и дать возможность ребятам показать себя и познакомиться с другими танцевальными коллективами нашей великой страны.

И вот несколько сот талантливых детей и подростков от 5 до 18 лет прибудут на фестиваль со всех уголков нашей страны (в этом году будут представлены Ижевск, Оренбург, Иркутск, Астрахань, Самара, Ульяновск, Керчь, Подольск, Королев и, естественно, Москва) и покажут 29 марта 4‑тысячному зрительному залу не только свои умения в классическом балете, но станцуют народные танцы, джаз-модерн, контемпорари, фолк и другие танцевальные стили. Причем на современной технологичной сцене они будут вплетены в единый графически оформленный спектакль.

— Мы графику готовим к каждому номеру. Дети будут танцевать на сцене, вокруг тоже будет все танцевать: картинки, игрушки. Интересное зрелище, оно еще готовится… Нам присылали видео, ссылки на Ютуб. Все что возможно мы смотрели и отбирали самое интересное, естественно, вежливо кому-то отказывая и с радостью кого-то приглашая.

Идеологию фестиваля Светлана определила так: «Чтобы дети чувствовали, что они нужны. У нас даже есть — начну открывать сейчас тайны — в программе такие сегменты, как «Семья», «Дружба», и дети просто рассказывают об этом. Главное, чтоб они понимали, что от них, от того, что они здесь, зависит будущее России: от того, что они танцуют, от того, что они уважают друг друга, от того, как они относятся друг к другу. Это культура, это воспитание. Оно закладывается с раннего детства. И хочется, чтобы это продолжалось и развивалось».

Интересовались коллеги и впечатлениями от Олимпиады в Сочи, где Захарова, как известно, приняла участие в церемонии открытия, на глазах у всего мира станцевав Наташу Ростову в пронзительной сцене «Первый бал Наташи Ростовой»…

— Олимпиада в Сочи, церемония открытия, в которой я участвовала, не сравнится, наверное, уже ни с чем. И прежде, и после. Это одно из самых ярких событий в моей жизни. Реально я понимаю, что больше такого в моей жизни никогда не будет. Поэтому эти воспоминания я очень бережно храню в своем сердце… И то, как мы дрожали от холода, хотя я в тот момент не понимала — от холода или от страха… Особенно когда мы вышли танцевать на стадион и публика так принимала, так поддерживала и так кричала, что в этот момент я поняла: когда спортсмены делают свои рекорды, они их делают благодаря публике, которая в них верит и которая их поддерживает. Мне казалось тогда, что я готова на все: и куда-то улететь, и все что угодно сделать для этой публики, которая была в то время там. Это было потрясающе… И честно говоря, когда это закончилось, было очень жалко… Хотелось, чтоб все это продолжалось…


Фото: Дамир Юсупов / Большой Театр

Удалось в ходе пресс-конференции пообщаться со Светланой и мне.

— Очень скоро, буквально через несколько дней, вступает в должность новый художественный руководитель Большого театра Махар Вазиев, которого вы знаете еще по своей работе в Мариинском театре и Ла Скала, поскольку вы прима-балерина этого театра. Вообще, наверное, за вашу жизнь сменилось множество худруков…

— Вы знаете, Махарбека Хасановича я действительно знаю много лет. Он меня брал в Мариинский театр, когда мне было 17 лет, и как балерина я выросла при нем. То есть я из поколения балерин Махара Хасановича Вазиева, когда он руководил балетом Мариинского театра. Потом он пришел в Ла Скала. А до него я несколько лет там уже работала, поэтому видела, как менялась труппа при его руководстве. Если интересно мое мнение в связи с этим назначением, то я считаю, что это очень правильный выбор гендиректора, и я рада, что в Большом театре будет такой профессиональный руководитель, который имеет большой опыт и при этом желание работать. Конечно же, когда приходит новый человек, возникают разные вопросы и страхи, но я уверена, что его профессионализм поможет ему во всем. И я просто хочу пожелать Махарбеку Хасановичу, чтобы его новое место работы доставляло ему удовольствие.

— Вас называют главной государственной балериной нашей страны, многие знают, что вы были депутатом Государственной думы прошлого созыва, и, поскольку совсем скоро, осенью, нам предстоят выборы, у меня к вам такой вопрос: не собираетесь ли вы баллотироваться?

— Нет, не собираюсь. Действительно, такой интересный опыт был в моей жизни. Но сегодня я настолько увлечена творчеством и своими проектами, что, честно говоря, понимаю, что физически меня просто не хватит для того, чтобы работать сразу на двух работах. К тому же у меня еще есть маленькая дочь, которой тоже хочется посвятить побольше времени. Поэтому не хочется, чтобы работа занимала все мое время, чтобы его не оставалось совсем. Хочется еще просто жить…

— Фаина Раневская говорила, что балет — это каторга в цветах. Я знаю многих балерин, которые, зная на собственном опыте, какая это тяжелая профессия, не хотят такого будущего для своих детей… Видите ли вы балетное будущее для своей дочери? Хочет ли она заниматься балетом? И хотите ли вы этого?

— Вы знаете, она еще достаточно маленькая, чтобы понять, что ждет ее в будущем. Поэтому думаю, что даже не смогу ответить на этот вопрос. Если моя дочь решит, что она хочет быть балериной, и если будет видно, что у нее есть для этого способности, то это прекрасная профессия, которая дает очень много. Я знаю, что многие актрисы или певцы, а особенно мои коллеги-балерины, как-то стараются оградить своих детей, чтобы они не шли по их стопам. Я — нет. Я, наоборот, считаю, что профессия балерины прекрасная, и, если моя дочь захочет посвятить этому жизнь, я буду ее всячески поддерживать и помогать, поскольку у меня в этой профессии есть большой опыт.

— Что касается балета в целом, какое будущее у этого жанра?

— Мне трудно, конечно, ответить, какое будет будущее у балета. Наверное, самое-самое светлое, яркое. Что мы должны для этого делать? Мы должны продолжать развивать классический репертуар, так как весь мир ассоциирует балетное искусство именно с классическими балетами. Но при этом, конечно же, очень важно развиваться, важно делать что-то новое. Не бояться экспериментировать. Что-то будет получаться, что-то пусть не получается… Но лучше делать что-то новое, а не почивать на лаврах. Это самое главное условие — развиваться. И конечно, очень хочется, чтобы в балете появлялись новые интересные личности.

— Когда говорят о русском балете, у многих идет ассоциация именно с классикой. Что вы думаете по поводу современной хореографии?

— Есть спектакли, которые действительно нравятся публике, но все отмечают, что проходит спектакль, и интерес вместе с ним тоже проходит, и потом этот спектакль снимается с репертуара… В отличие от классических балетов, которые только и ждут своей очереди, чтобы они снова показывались на сцене. Но это зависит, в общем, даже не от исполнения, а от культуры воспитания зрителей. У каждого ведь свой вкус. И кто-то хочет смотреть что-то новое, а кто-то хочет, наоборот, привести своего ребенка на хороший классический балет «Спящая красавица», а не на современный балет, возможно, с непростой музыкой. В общем, это во всем мире так, я думаю. И я заметила: где бы я ни выступала, всегда большой интерес именно к классическим балетам. Будь это Гранд-опера или Ла Скала. Все-таки публика любит эти спектакли. Современные балеты — это как эксперимент… Интересно посмотреть порой только один раз. Поэтому держатся они в репертуаре сколько можно, потом их снимают и делают что-то новое, чтобы дальше развиваться. Вообще-то это нужно нам, артистам, прежде всего. Нужно для развития. В принципе, если бы мы показывали только классические балеты, залы бы были заполнены. Но артистам нужно постоянно что-то искать, использовать свои возможности. Потому что классический балет все-таки имеет какие-то рамки, за которые нельзя выходить. А в современной хореографии никто, в общем-то, не знает, как это должно быть. И человек приходит и видит, как это захватывающе. А иногда нет. А мы зависимы от зрителей, поэтому хотя работаем и для себя, но делаем прежде всего для публики.

Помня о том, что, когда Светлана Захарова оказалась во втором составе в премьере балета «Онегин», пресса много писала, как она отказалась от партии, последние мои вопросы были связаны с ближайшими премьерами Большого театра… Одной — только что прошедшей, и второй — которая вот-вот состоится…

— Всегда, когда происходит премьера в Большом театре, известно, что ведется закулисная борьба за то, чтобы танцевать в первом составе. Часто в первом составе танцуете именно вы, потому что общепризнанно, что вы на сегодня — одна из лучших балерин Большого театра и вообще во всем мире. Тем не менее это бывает не всегда, например, в последней премьере Большого театра, балете «Дон Кихот», вы танцевали в пятом составе. Принципиальна ли для вас эта ситуация: участвовать именно в первом составе?

— Что касается «Дон Кихота», то я не считала, что это пятый состав. Я только понимала, что могу танцевать только в этот день… Раньше я не могла выйти, потому что я уезжала на гастроли и вернулась за два дня до премьеры. Потом у меня был партнер, который впервые танцует в балете «Дон Кихот», поэтому нам нужно было больше времени, чем остальным, чтобы подготовиться. И я понимаю, что, когда ты танцуешь, нужно выходить полностью готовым, чтобы осталось хорошее впечатление. Поэтому, как бы меня ни просили, я отказалась от премьеры, для того чтобы нам хорошо подготовиться к спектаклю.

— Участвуете ли вы в вечере голландских балетов, премьера которого ожидается в Большом театре в ближайшее время?

— Я для себя иногда принимаю решение от чего-то отказаться, чтобы было качество, и в новых балетах я не участвую, потому что действительно у меня огромный репертуар, над которым надо работать. Лично для себя я не нашла в этом особого интереса, потому что у меня впереди большая программа, которая отнимает огромное количество сил: чтобы отработать один балет из трех, на репетиции в день уходит очень много времени.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

80-летие Станислав Говорухин решил встретить без шумихи


фото: Борис Кремер

У Говорухина есть любимый анекдот, который он часто рассказывает. Спрашивают у оператора: «Сможешь снять кино после стакана водки?» Он отвечает: «Смогу». «А после двух?» — «Наверное». — «А после бутылки?» — «Смогу, но как режиссер». Такое ощущение, что он скептически относится ко всему, даже к самому себе. В 2013 году на фестивале «Кинотавр» Говорухин ошарашил заявлением: «У меня нет желания снимать кино. Куража нет». Было это после премьеры фильма «Weekend», когда коллеги и гости фестиваля смеялись во время показа. А этого Говорухин не ожидал, хотя уже несколько лет повторяет, что его зритель умер: «Интеллект у публики все ниже, а кино все глупее. Кто будет смотреть мое кино? И снимать почти некого. Артисты затасканы, не знают, у кого снимаются, работают два дня в одном сериале, два дня — в другом». «Смех в зале меня удивил и обидел. Я не предполагал такой реакции, хотел доставить удовольствие моему зрителю, который не смотрит в телефон, а читает книги. Но молодые люди читать перестали».

Станислав Говорухин родился на Урале — в Березниках Свердловской области. Учился на геологическом факультете Казанского университета. Работал ассистентом режиссера на Казанском телевидении, писал статьи в «Советской Татарии» и «Горьковском рабочем». А на закате хрущевской «оттепели» понял, что правды не сказать, а врать не хотелось, и решил с журналисткой завязать. Уже в годы перестройки оттачивал свой публицистический дар на страницах «Советской культуры». Им зачитывалась страна.

Режиссуру осваивал в мастерской Якова Сегеля во ВГИКе. Работы в Москве не нашел и поехал на Одесскую киностудию, где с однокурсником Борисом Дуровым в 1966 году и сделал дипломную работу «Вертикаль». Одну из ролей в картине сыграла Лариса Лужина.

Лариса Лужина: «Творческого романа у нас не возникло. Я не стала его актрисой»

— Помните, как Станислав Говорухин отстаивал Высоцкого, когда снимал «Вертикаль»?

— Дело было на Одесской киностудии, где Говорухин работал. А актеры прилетали на съемки в Кабардино-Балкарию. Знаю только со слов Славы, что художественный совет не хотел, чтобы Высоцкий снимался. Так и говорили: «Нам не нужна эта головная боль». Но Говорухин всех убедил: сниматься должен только Высоцкий. Это было проявление характера с его стороны. Снимать Высоцкого ему разрешили, но предупредили: «Никаких песен!» Представить теперь «Вертикаль» без них невозможно. Именно тогда родилась песня «Здесь вам не равнина, здесь климат иной». А у меня и кинопроб никаких не было. Назначили, и все. Думаю, что Слава взял меня, потому что прошла картина «На семи ветрах» Станислава Ростоцкого. Имя мое было на слуху.

— И каким Говорухин был в молодые годы? Красавцем?

— Нормальный мужик был. Не могу сказать, что красавец. На голове — все время капюшон, шапки. Не помню даже, была ли лысина. И фотографий нет никаких. Слава был настолько уверенный в себе человек, так твердо стоял на ногах, что я не думала о том, что это дипломная работа. У него был второй разряд по альпинизму, материал он хорошо знал. Если честно говорить, то в «Вертикали» и делать-то мне было нечего. На моем месте могла быть любая артистка — Иванова, Петрова… Мне казалось, что Слава ко мне немного снисходительно относился, с чувством превосходства. У него внешность такая. Кажется, что он свысока на всех смотрит. Он гордый по жизни. Нас заставлял заниматься спортом, делать все самостоятельно. Хотя сейчас утверждает, что делал все за нас. Но я такого не припомню. Возможно, самое трудное делал кто-то из каскадеров и альпинистов.

— Дружбы не завязалось?

— Мы хорошо относились друг к другу. До сих пор встречаемся с нежностью. Но близкой дружбы не возникло. Как в «Вертикали» он снисходительно относился ко мне, так это и теперь. Пытаюсь написать книжку воспоминаний, попросила его написать предисловие. Он обещал, хотя лежал в больнице с воспалением легких. Я ему сказала: «В последнее время только и говорю о тебе. То одному каналу, то другому. Уже устала говорить про Говорухина». Такое ощущение, что я во всех его картинах снималась. До сих пор переживаю, что у нас не возникло творческого киноромана. Я не стала его актрисой. Спросила его про юбилей, и Слава сказал, что и думать об этом не хочет.


«Ворошиловский стрелок». Фото: кадр из фильма.

* * *

Станислав Говорухин был ассистентом у Сергея Бондарчука на картине «Война и мир», и не только снимал, но и снимался в кино. Актер он роскошный в умелых руках, как в «Ассе» Сергея Соловьева. Кира Муратова хотела снять его в роли Печорина в «Герое нашего времени», но проект закрыли.

Говорухин писал сценарии, даже к хиту советского проката «Пираты XX века» руку приложил. Снимал документальные картины — «Так жить нельзя» и «Россия, которую мы потеряли», — ставшие в перестроечные годы бомбой. Изредка он ставит спектакли, увлечен живописью и фотографией, устраивает персональные выставки. Он занимается общественной и политической деятельностью, которая отбирает время на искусство, хотя и там у него творческий подход.

Накануне 70-летия ему вручили на Гатчинском фестивале «Литература и кино» Гран-при за фильм «Не хлебом единым», а губернатор Ленинградской области приложил к награде конверт. Говорухин в него заглянул и произнес: «Нехорошо вывозить деньги из области, которая в них нуждается». Тут же пригласил на сцену директора местной библиотеки, передал ей конверт и сказал: «Купите детям хорошие книги. Не какую-нибудь муть».

Виктор Сухоруков, тогда же получивший награду за лучшую мужскую роль в этом фильме, поделился воспоминаниями о том, как начиналась совместная работа: «Говорухин в английских ботинках сидел за столом с трубкой. Я задавал ему вопросы и сам же на них отвечал. А он рисовал в это время. Я не выдержал — спросил: «Почему вы молчите? Почему меня пригласили на роль?» Говорухин невозмутимо ответил: «Мне лысый нужен». А потом подарил рисунок: я в мундире генерала с авоськой мандаринов. Таким он представлял моего героя. Он часто рисует людей, с которыми разговаривает. У него есть редкое качество — рассмотреть в актере то, что скрыто».

Самый известный фильм Говорухина — «Место встречи изменить нельзя». В прошлом году, ко Дню работников уголовного розыска, в Волгограде перед зданием областного управления МВД открыли памятник героям картины. В 2009 году аналогичный памятник установили перед МВД Украины в Киеве. Самое интересное, что Станислав Говорухин об этом не знал: «Мне приятно, что люди помнят и любят мои фильмы. Нет ничего удивительного, что меня не пригласили на открытие памятника. Люди знают героев, а кто их придумал, могут и не знать». А некоторым актерам, которых картина вознесла на пик популярности, кажется, что Говорухину они ничем не обязаны.

Еще одна народная картина Говорухина — «Ворошиловский стрелок». Его потом обвиняли в том, что подает дурной пример, что будет, если каждый займется самоуправством, как герой Михаила Ульянова, вставший на защиту внучки с оружием… Сценаристом «Ворошиловского стрелка» стал Александр Бородянский.

Александр Бородянский: «Идет по коридору человек в черном пальто, с трубкой. Английский лорд! Я спросил: «Кто такой?»

— Помните, как начинался «Ворошиловский стрелок»?

— Слава предложил мне прочитать книгу Пронина «Женщины по средам». Я за ночь ее одолел не отрываясь, клокотал от возмущения, переживал за героев… Мы договорились, что будет три автора. Помимо меня — Говорухин и Юрий Поляков. Я пишу сценарий, а потом они его как хотят, так и переделывают. Мы сидели у Славы в кабинете. Он тогда уже был председателем Комитета по культуре в Госдуме. С нами был Михаил Ульянов, и уже было ясно, что он сыграет главную роль. Обсуждали, решали, что делать с названием «Женщины по средам», которое хорошо только для эротического произведения. Я в шутку сказал: «Ворошиловский стрелок». Потом вставил в сценарий реплику. Один из героев говорит Ульянову: «Дед, ты прямо как ворошиловский стрелок». Во времена моей молодости сдавали нормы на ворошиловских стрелков. Они считались меткими. Появились замечательные актеры. Один из них — ныне звезда, Марат Башаров — приносил пирожки, которые пекла его мама. Очень вкусные.

— Ожидали такой неоднозначной реакции на фильм?

— Считается, что народ у нас жестокий. Но это неправда. Не могут быть все поголовно злыми. Я пишу сценарии в расчете на таких людей, как сам, — нормальных, не сверхинтеллектуалов. Это сейчас, приступая к фильму, говорят, какой будет успех. А у нас с Говорухиным была задача — сделать интересное кино.

— Он смелый тогда был? Отстаивал свое?

— А что ему было отстаивать? Снимали в 1999 году. Он был, извините, председателем Комитета по культуре в Госдуме. Попробуй возрази ему! Деньги сразу дали. Только продюсеры говорили, что после этого фильма начнут убивать «новых русских». «Вы за самосуд?!» — ужасались они. Теоретически я против самосуда. Но если человека доводят до такого состояния, как главного героя, то как быть? Если бы я оказался на его месте, то не знаю, как бы себя повел. Внучка чахнет на глазах оттого, что зло не наказано. Если он добьется справедливости, то вернет ее к жизни…

— Почему Ульянова выбрали на роль? Говорухин с вами советовался?

— А кого еще? Он идеально подходил. Мы это обсуждали. Чего я бы тогда сидел у него в кабинете? Это сейчас режиссеры не советуются со сценаристами. А мы были не закадычными друзьями, но товарищами, семьями дружили.

— И какой он друг?

— Нормальный, веселый, добрый. Странный вопрос! Мы же с ним в разведку не ходили, чтобы проверить. Нищим не стал. Не мог проверить — даст он мне миллион или нет. Станислав Сергеевич звонит, зовет в гости на пельмени. Я приезжаю. Мы едим пельмени. Уже друг — я считаю. Мне он нравится. Говорухин — мужчина, по-русски — мужик. Люблю таких людей. Он человек с юмором. Мне нравилось, что он первое время не по имени ко мне обращался, а по фамилии. Встречаемся где-то, и он спрашивает: «Ну что, Бородянский? Как у тебя дела?..»

— Колоритный он человек. Умеет жить со вкусом.

— Это точно. Знает толк в еде. У Гоголя в «Мертвых душах» есть описание разных яств. Так вот, Станислав Сергеевич наизусть знает эти страницы, и когда зачитывает это меню — про бараний бок с кашей, ватрушки, варенье, — испытывает такое удовольствие, как будто ест в этот момент.

Слава любит элегантно одеваться, хотя не пижон, не модник. Мы впервые встретились в Доме ветеранов кино. Я знал, конечно, что есть такой режиссер Говорухин в Одессе. И вот идет по коридору человек в черном пальто, черной шляпе, с красным кашне и трубкой. Английский лорд! Я спросил у друга: «Кто это такой?..» В тот вечер мы и познакомились.

Но Слава при этом очень простой человек в быту. Я не имею в виду, что он простоватый… С ним комфортно, особенно девушкам. Расскажу смешной случай, который его характеризует. Думаю, он на меня не обидится за это. Мне ставили кардиостимулятор в институте Бакулева. Врачи предупредили: «У нас Говорухин лежал. Так вот, в первый день после установки кардиостимулятора нельзя вставать, а он встал — и штыри выскочили. Пришлось все по новой делать». Представляете, Слава не выдержал до утра. Наверное, пошел курить трубку…

Не знаю как сейчас, а раньше он в шахматы любил играть. Как-то я у него выиграл. Ой, как Слава расстроился! Как это он Бородянскому проиграл в шахматы?!

Самое важное то, что он — режиссер хороший. Есть чем перед Господом отчитаться. Я «Место встречи изменить нельзя» могу бесконечно пересматривать, хотя знаю наизусть.

За Говорухиным закрепилась слава открывателя звезд. Снимется молодой актер у него — и ждет его завидная судьба. Так он открыл Светлану Ходченкову в фильмах «Благословите женщину» и «Не хлебом единым», потом — Аглаю Шиловскую в картине «В стиле JAZZ», а совсем недавно — Ивана Колесникова, сыгравшего Сергея Довлатова в «Конце прекрасной эпохи». Говорухин считает, что это его лучший фильм.


«Конец прекрасной эпохи». Фото: кадр из фильма.

Иван Колесников: «Станислав Сергеевич пригласил меня в кабинет и задал два вопроса: «Куришь? Выпиваешь?» Я ответил: «Курю, выпиваю». «Все! Пошли пробоваться!» — сказал он»

— Боялись Говорухина?

— Когда меня только утвердили на роль, все говорили, что Станислав Сергеевич — грозный, что с ним тяжело. Но я с первого и до последнего дня не ощущал ни капли того, о чем меня предупреждали. Мы сладили, быстро нашли общий язык. Не было ощущения зажатости или неловкости. То, что он скуп в общении на какие-то проявления, — правда. Но это даже хорошо. Это режиссерская тактика. Когда возникали трудности, особенно поначалу, то я спрашивал: «Может, вы мне подскажете, туда я двигаюсь или нет?» Станислав Сергеевич отвечал, что и сам пока толком не знает, чего хочет.

— Какое чувство испытали, когда на вас свалилась эта роль?

— Это было счастье. Меня вызвали на пробы на «Мосфильм» буквально за месяц до начала съемок. Не скрываю, что был с жутчайшего похмелья. Станислав Сергеевич пригласил меня в кабинет и задал два вопроса: «Куришь? Выпиваешь?» Я ответил: «Курю, выпиваю». «Все! Пошли пробоваться!» — сказал он. Была полная уверенность, что меня не утвердят. Я сидел в кинотеатре, когда позвонили и сообщили, что я утвержден на роль. Я был счастлив не только потому, что это Станислав Говорухин, но и потому, что материал очень хороший, близкий мне. Мне нравится Довлатов. Я вообще люблю все человеческое.

— Какая взаимосвязь между Говорухиным и Довлатовым?

— Мне кажется, что это полностью его время. Он его чувствует, понимает, знает мелочи, что самое главное в кино. От того, как люди себя вели, тем более связанные с творчеством (он и сам работал в газете), вплоть до того, как носили костюм, какими были печатные машинки… В фильме видно, что он любит это время.

— Интересно с ним?

— Мы до сих пор общаемся. Бывая на «Мосфильме», обязательно захожу к нему. У Станислава Сергеевича группа — как семья. «Конец прекрасной эпохи» — мой первый полнометражный фильм. Он — как первая девушка в школе: никогда не забудешь. На съемочной площадке были великолепные взаимоотношения, а работали мы долго. Полтора месяца снимали в Таллине, жили в одной гостинице, вечерами сидели в кафе, иногда до трех ночи разговаривали. Станислав Сергеевич рассказывал истории, учил нас жизни. Он это любит. Все было по-семейному. Многие говорят, что он якобы молчаливый и невеселый. Но это не так. У него тонкий юмор. С ним приятно помолчать. Никогда не возникает неловкости в паузе. Сидишь и куришь сигарету, а он — трубку…

— Вы расспрашивали, почему именно вас пригласили на Довлатова?

— Разговоры такие были, но Станислав Сергеевич ничего мне не сказал. Так сложились обстоятельства. Был долгий кастинг — чуть ли не полгода. Выбрали меня. Это хорошее начало.

— Не зря говорят, что актеру, снявшемуся у Говорухина, все пути открыты. На себе это ощутили?

— Да! Еще на первых просмотрах «Конца прекрасной эпохи» приходил Карен Шахназаров. Сейчас я снимаюсь у него в «Анне Карениной» в роли Стивы Облонского, пробовался на Вронского. Тогда же меня увидел продюсер Леонид Верещагин, и я готовлюсь к съемкам на студии Никиты Михалкова «Три Тэ». Безусловно, все это началось благодаря Станиславу Сергеевичу.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

Евгений Вахтангов получил новую квартиру

Фото: Пресс-служба Государственного академического театра им. Евгения Вахтангова.

Денежный переулок, дом 12. Пятиэтажный дом, в позапрошлом веке числившийся по разряду доходных. Сюда в 1918 году в квартиру под номером 1 и въехал уже тяжело больной, но не теряющий бодрости духа и энергии созидателя ученик Станиславского. До этого Вахтангов не имел в столице своего угла, бесконечно скитался по квартирам и одно время даже жил в Мансуровской студии.

— И только в 18-м не без помощи Немировича-Данченко и Луначарского он получил квартиру на первом этаже этого дома, — рассказывают мне научные сотрудники музея театра Вахтангова Маргарита Литвин и Ирина Сергеева. — Именно в эту квартиру в день премьеры «Принцессы Турандот» в антракте приехал Станиславский и сказал: «А теперь завернитесь в одеяло, как в тогу, и засните сном победителя. Вы поставили прекрасный спектакль, я предрекаю ему большое будущее». Антракт даже задержали. Станиславский оказался прав — «Принцесса Турандот» на многие годы пережила своего создателя.

И вот завершены все ремонтные работы, квартира получила свой первозданный вид — как это было при Вахтангове: одна огромная комната, метров в 60, и кабинет метров под 35. Зала с высоким потолком, лепниной, но ее красоту смогли оценить, только когда сняли старый.

— Вскрыли потолок и поняли, что практически полностью сохранилась роскошная лепнина, а утерянные фрагменты мы восстановили, двери очистили, — рассказывает мне директор театра Кирилл Крок (ему уже смело можно давать знак «заслуженный строитель», поскольку в его активе — замена основной сцены без выезда театра, открытие Новой сцены после долгостроя, теперь вот квартира Вахтангова, а на подходе — реконструкция симоновского театра). — В большом зале мы сделали реконструкцию, купили антикварную мебель, заказали выставочное оборудование.

Надо сказать, что судьба у знаменитой квартиры была незавидная. Сам создатель театра и «Принцессы Турандот» прожил в ней с женой Надеждой Михайловной и маленьким сыном Сережей всего 4 года. После его смерти хлопотами известных людей квартиру сохранили за семьей: жена с сыном продолжала жить в большой комнате, а кабинет, ставший мемориальной комнатой, берегла в том виде, в каком он был при жизни режиссера, — огромная библиотека, его портрет, фотографии с дарственными надписями, диван. Кабинет для посетителей открывали только тогда, когда туда приходили по записи. А приходили в Денежный переулок много — иностранцы, студенты Щукинского училища, актеры.

В 1972 году дом расселили, семья сына Вахтангова и внук уехали на Полянку, а квартиру, к счастью, оставили за театром, хотя на нее тогда претендовали многие важные организации. В 90-е же кто только не квартировал здесь: молодые артисты, архитектурное бюро и музей театра, который по воле прежнего директора из театра перекочевал в квартиру его основателя. Водили экскурсии, но при этом кабинет Вахтангова всегда была закрыт. Теперь прекрасно отремонтированный кабинет с исторической мебелью, фотографиями по стенам примет всех желающих. Спрашиваю у музейщиков:

— Теперь, когда начинается новая жизнь квартиры, какими экспонатами она пополнилась?

— В общей сложности 15 артефактов, прежде не выставлявшихся: 10 писем самого Вахтангова к своим ученикам и ученикам киношколы, записки к нему — от Станиславского, Немировича, писателя Бориса Зайцева. Два рукописных стихотворения Цветаевой Вахтангову, письмо Сонечки Голлидей, а также письмо Завадского и Антакольского, которые, как блудные дети, просятся вернуться в студию, — и это все оригиналы.

Экспозицию также пополнят гастрольные афиши 1911 года, одна — с премьерной «Принцессы Турандот», напечатанная еще при жизни Вахтангова, экземпляр пьесы «Архангел Михаил» с его пометками (он должен был играть главную роль) и странички из записной книжки 1911 года, шутливая грамота в стихах от Сулержицкого. И наконец, семейная Библия — известно, что в конце жизни Вахтангов мечтал поставить эту великую книгу.

— Вы рассчитываете, что основными посетителями станут профессионалы театра?

— Нет, что вы! И раньше к нам приходили люди, которые просто любят ходить на экскурсии: слышали имя Вахтангова, но мало что о нем знают. Тысячи людей просят провести экскурсии: не театральные, театральные редко ходят. После того, как 31 марта мы откроемся, в квартиру Вахтангова будут продаваться билеты, формироваться группы по 15 человек, и музей заживет той активной жизнью, которой и должен жить музей.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

Скрипка Яира Клесса говорит по-бельгийски

Яир Клесс

Официально считается израильским скрипачом, хотя «постоянно» (ах, где это постоянство?) живет в Вене, причем, музыкальному обозревателю «МК» у него в гостях доводилось бывать. В Москве Клесс выступит 1 апреля в Малом зале консерватории в рамках филармонического абонемента «Мастера мирового исполнительского искусства в гостях у Трио им. Рахманинова».

У Яира Клесса совершенно удивительный скрипичный звук, что мы и обсудили с основателем Трио им. Рахманинова пианистом Виктором Ямпольским.

— Виктор, как можно охарактеризовать его игру?

— Такой стиль, такая манера уже почти не встречаются. Увы. Возобладала силовая бронебойная игра, а у него… этакая легкая, элегантная, филигранная скрипичная техника (особенно, что касается правой руки — смычка). Причем, его школа ведет свое начало от Анри Вьётана, от Эжена Изаи — ведущих мастеров бельгийской школы.

Действительно, Клесс поначалу учился у Исраэля Амидэна в Академии музыки Тель-Авива, продолжил же совершенствование у профессора Андрэ Жертле в Брюсселе (Жертле — ученик Вьетана). С концертами Клесс начал выступать с раннего возраста, быстро завоевав славу.

— Так что, обладая собственным ярким талантом и собственным качеством, — продолжает Виктор Ямпольский, — Клесс еще и взял на вооружение манеру великих бельгийцев, которая ему очень подошла.

Диапазон музыкальных пристрастий изначально был достаточно широк — от барочных произведений до буквально только что созданных опусов, написанных специально для него. Клесс, к тому же, талантливый педагог, «из его рук» вышло множество имен, взять, того же Вадима Глузмана (хотя понятно, что каждый скрипач сегодня перенимает знание у педагогов разных школ и формаций).

Особая страница в биографии Клесса (постоянно выступающего на ведущих мировых фестивалях) — это камерное музицирование.

— Вместе с нашим Трио Клесс не так давно объездил российские регионы, — продолжает Ямпольский, — несмотря на серьезный возраст, он полностью сохраняет форму. У него абсолютно молодая игра, что невероятно подкупает, — чистая, красивая, легкая. Ему хорошо за семьдесят, а он постоянно перемещается, преподает в трех городах — в Граце, в Манчестере, в Тель-Авиве. Регулярно приглашается как член жюри в ведущие международные скрипичные конкурсы. На мастер-классах его отличает безукоризненное знание материала, что приводит студентов, по хорошему, в состояние шока. Сам был свидетелем: что бы ни играл ему студент, Клесс берет скрипку, и сам с любого места играет это произведение…

1 апреля прозвучат произведения Бетховена (виолончельная соната, бетховенские вариации на тему песни Венцеля Мюллера «Я портной Какаду») и Моцарта (три сонаты).

— Виктор, Клесс — известный на весь мир солист, но удобен ли он для камерной игры?

— Еще как. Он человек компромиссный, слышит партнеров, всегда готов музицировать совместно; плюс его собственная манера так притягивает, что хочется с ним играть. Не спорить, не бороться, а созидать. Это очень ценно.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

«Золотая маска»: невинная блудница из Башкирии

В повести, написанной в 1923-1926 годах, рассказана драматическая история 90-х годов XIX века, случившаяся в башкирской деревне. Название Гафури иногда переводится как «Опозоренные» — не так поэтично, но более конкретно. По «Черноликим» не раз ставились спектакли — драматические и даже кукольный, написаны опера и балет. Материал благодатный для театра, фактически история башкирских Ромео и Джульетты. Это отчасти автобиографическое сочинение. Двоюродная сестра писателя стала жертвой невежества и религиозного фанатизма. Все это произвело на юного Гафури сильнейшее впечатление, не отпускало всю жизнь. Собственно в «Черноликих» описано, как на занятия в медресе ворвалась разъяренная толпа людей с горящими глазами, с дубинками в руках, как приволокли они «нечестивых» — робкую пару влюбленных. Красавица Галима и скромный парень Закир мечтали о счастье, но человеческая зависть и кровожадность встали на их пути. Против их невинной любви восстали всем миром – мулла, местные богатеи, вся деревня, даже тихие и мирные люди, на глазах превратившиеся в агрессивную толпу. Слепое следование законам шариата разрушило счастье двоих, довело до гибели юную душу, поставило дыбом всю деревню. Сила традиций оказалась слишком велика.

Стоило влюбленным на миг остаться наедине, посидеть рядом, поговорить, как их объявили грешниками. Лица Галимы и Закира вымажут сажей. Так и проведут по деревне. Большего унижения и быть не могло. Опозоренная на всю округу, проклятая отцом Галима будет изгнана из дома. Потом ее простят. Она вернется в отчий дом, но зачахнет на глазах и в конце концов потеряет разум. Ей будет грезится, что несостоявшаяся свадьба с Закиром сыграна. Она сгинет в проруби и тем спасется. Искалеченный своими же земляками Закир покинет родную деревню, заболеет туберкулезом. Он вернется ради возлюбленной. Но его встреча с безумной Галимой станет пиком отчаяния. Несмотря на трагические события, спектакль не погружает во мрак и беспросветность, а башкирская деревня не становится царством тьмы. Режиссер сумел передать особую поэтику жизни, и беда, пронзающая ее, прозвучит не приземленно. Есть в этой истории нечто, что поднимает ее ввысь.

В излишнюю аутентичность Айрат Абушахманов, по счастью, не впал, не превратил спектакль в набор фольклорных номеров. Хотя воспроизвел обычаи и традиции башкирского народа, исторический костюм и бытовой уклад той поры, использовал национальную музыку,. И это не самоцель, не выставка достижений национальной культуры. Взято ровно столько, сколько нужно для погружения в атмосферу Гафури. К работе над спектаклем привлекли консультанта по народным обрядам Асию Гайнуллину.

Айрат Абушахманов выдвинут на соискание «Золотой маски» в номинации «Лучшая работа режиссера». Он учился в ГИТИСе на курсе Павла Хомского и Вячеслава Долгачева, ставил в Новом драматическом театре и уже выдвигался на «Маску». Сценография Альберта Нестерова (номинации «Лучший художник» и «Лучший художник по костюмам») лаконична и современна:. Ничего лишнего на сцене: задник из широких досок, за ним — перспектива зрительного зала. Казалось, бы изрядно отработанный прием, но здесь он попадает в цель. Зрители сидят на сцене. Перед ними — открытое пространство чуть декорированного зала, чем-то напоминающего мечеть. Актеры на сцене падают ниц, молятся, обращая взоры ввысь. Возникает иллюзия присутствия в мечети.

Гульнара Казакбаева, играющая Галиму, номинирована на «Золотую маску» как исполнительница лучшей женской роли. Она красива и работает сдержанно, без надрыва. Никто не рвет страсти в клочья, хотя экспрессии в материале хватает. Особенно хороши актеры старшего поколения: крепкая школа, великолепная речь и глубокий внутренний драматизм.

«Черноликих» начали репетировать пару лет назад, когда все описанное Гафури казалось далекой историей, интересной с точки зрения развития характеров. Людей и поныне одолевает те же страсти. Однако страшные события, которые потрясли мир в последние месяцы, связанные с национальной и религиозной нетерпимостью, вывели эту историю на новый уровень. Ужасно, но спектакль от этого только выиграл.

by 30/03/2016 в 10:17/ on / in Культура

Мария Биорк: «Пошла бы куда угодно, но не в проститутки»

Фото: teamuz.ru

— Мария, что лично вам дала эта жесткая и непростая роль?

— Надо признаться, я непрофессиональная артистка мюзикла — это мой первый опыт в этом жанре (Мария Биорк хорошо нам известна по своим работам в Театре наций, у Сергея Безрукова, в театре Назарова. — Я.С.). Как только услышала музыкальный материал, сразу решила: играть и петь такую Соню очень хочу. Был долгий кастинг… Желание желанием, но надо было соответствовать. У Андрея Сергеевича внутри спектакля трудно играть плохо, потому что он дает очень жесткий рисунок, который работает в любом случае. Но музыкальный материал Артемьева предполагает не просто вокализирование, а именно драматическое исполнение. Так что без актерского наполнения ничего не будет… И это особенно касается Раскольниковых и Сонь — несколько артистов играют в очередь.

— То есть поиск продолжается, несмотря на то что премьера состоялась?

— Конечно, ищем, что-то меняем, продолжаем находить смыслы — материал располагает.

— Поиск этот прекрасен — он дает ощущение спектакля на живом нерве.

— Режиссер не осекает нас, наоборот, сам многое меняет в процессе. Каждый день добавляем, дополняем, оживляем. Наш второй режиссер — Рамуне Ходоркайте, говорит, что Андрей Сергеевич свои спектакли в покое не оставляет. На протяжении всего времени, что они идут, постоянно вносит какую-то в них живинку…

— Какие у вас отношения с вашей героиней? Вы как женщина ее понимаете?

— Понимаю, но… был такой сложный момент. Долго думала: что может заставить девушку пойти в проституцию… Если б я оказалась в такой ситуации, как Соня, то пошла бы работать куда угодно, только не в проститутки. Но я все-таки… нашла для себя жизненные обстоятельства, которые заставили мою героиню так поступить. Хотя, казалось бы, так много возможностей — почему именно проституция?


фото: Из личного архива

— Но Кончаловский переносит нас в 90‑е годы, которые вспоминаешь с содроганием… Профессура консерватории барыжила на рынках — о чем говорить.

— Я из тех людей, которые точно бы нашли возможность, — полы пошла бы мыть, официанткой работать. Но я для себя решила так: Соня — человек нестоличный. По роману, ее отцу предложили в столице место, и Соня, будучи совсем юной, практически ребенком, не получив должного образования, абсолютно растерявшись в сложной ситуации, нашла именно такой выход. Обездоленность ее — главный момент. Она ребенок! Ее должны защищать, любить, о ее будущем должны заботиться, а получается, что она заботится о будущем своей семьи, что неправильно. Вот так и вышло с ней. Понимаю свою героиню. Я сама не москвичка. В Москву приехала в 16 лет, вспоминаю свои общажные годы — чувство полной брошенности, обездоленности, родители далеко, денег мало, почти нет, сплошные быстрорастворимые супы… И я от этого отталкиваюсь в роли.

— В романе, кажется, нет этого момента — когда вы бьете Раскольникова бритвой по щеке, кровища идет…

— Нет-нет, в романе Соня — кроткая девушка, а вот в 90‑е годы как раз она бы это сделать смогла.

— Раскольникова — поскольку это мюзикл, сложнопостроенные сцены — вы ощущаете в качестве напарника?

— Еще бы! В какой-то момент мы немного не понимали с ним — когда же Соня прониклась к Раскольникову? Потому что она всегда вела себя как зверек… так что приходилось искать эти партнерские полутоновые вещи. И до сих пор ищем: где можем — встречаемся глазами, или тот же удар бритвой — ударила, но сама же испугалась больше, чем Раскольников.

— С удара и начинается ее любовь…

— …больная любовь. Потому что у Сони нет нормального опыта. Мужчины — это те, кто ею пользуется, и она берет с них за это деньги; папа — это тоже не защитник, папу надо самого защищать. Так что она больная, она не знает, что такое человеческая любовь, но потом, благодаря каким-то корневым в ней вещам, которые вскрывает прочтение Библии, Соня и Раскольников понимают, что любовь — единственное, ради чего жить стоит. Любовь переворачивает их судьбы.

— Очень жесткая сцена — когда двое мерзавцев кидают Соню от одного к другому…

— Сцена решена пластически, мы делали ее почти перед самой премьерой, а сыграв несколько спектаклей, еще более ее усилили. Вообще, Андрей Сергеевич всех своих замыслов нам сразу не выдает; дает то, с чем мы можем справиться. Справились — накидывает еще сверху. Потом еще. И еще. Как-то так. Но мне это очень нравится. Очень! Форма жесткая, но внутри ее и можно, и нужно, оказывается, что-то менять…

— Театр Швыдкого всегда был силен помимо прочего своим азартным молодым ансамблем артистов. Как этот азарт помогал преодолеть сложный репетиционный период?

— Очень помогал! Конечно, у постановщика не было времени заниматься каждым человеком из ансамбля в отдельности. Но вы посмотрите, что они вытворяют! У каждого свой образ, каждый играет по нескольку мини-ролей — проститутки, деревенские жители, офисные работники, — команда фантастическая, они не работают как ансамбль, но как артисты — потрясающее отношение к делу. Причем там служат такие именитые люди, что еще непонятно, кто тут, так сказать, талантливее и опытнее.

— Вы смотрели «Преступление» глазами зрителя с другой Соней?

— Конечно. И личное впечатление такое: это аллюзия на тему «Преступления и наказания», и, чтобы считать все смыслы и все планы Андрея Сергеевича, мало того, что роман знать нужно, так и желательно ориентироваться во времени — то XIX век, то сто лет спустя… Это ощущение марева, сна, нереального пространства, где иллюзии и сновидения перемешиваются с реальностью. С побеждающей силой любви.

by 30/03/2016 в 10:16/ on / in Культура

В «Современнике» пофантазировали на тему «Маленького принца»

Фото: Михаил Брацило.

Зал заполняется медленно, с такой же нарочитой неторопливостью рассаживаются на сцене музыканты камерного ансамбля «Солисты Москвы». За дирижерским пультом — маэстро Юрий Башмет. Музыканты смотрят на зрителей свысока, под наклоном — сценографическое решение Виктора Крамера таково, что оркестр и все действие помещены в кипенно-белую устричную раковину — универсальный фон, на котором с помощью светомузыки и видеопроекций будет создаваться гипнотизирующая верхняя мизансцена.

Когда к зрителям выходит Он, зал замирает, готовясь внимать. Константин Хабенский здесь — рассказчик-повествователь, «герой с тысячью лиц». По сути, это его моноспектакль, бенефис и торжество актерского мастерства на сцене. Правда, исполнителей будет два — во втором составе заявлен актер Артур Смольянинов.

Помимо основной роли рассказчика-летчика, умирающего от жажды в пустыне, Хабенский здесь — и Маленький принц, и Король, и Пьяница, и Честолюбец, и Фонарщик, и Географ в одном лице. Воплощать стольких героев одновременно ему помогают новейшие технологии — видеоарт и проекции. Любопытно следить за тем, как актер, меняя тембр и интонации, ведет диалог с самим собой. На струнах зрительских душ Хабенский играет со знанием дела: прочувствованно, с толком, с расстановкой. Интерактивные моменты, когда актер выбирает себе «Лиса» из зрительного зала, принимаются на ура — они оживляют действие, позволяют почувствовать сопричастность.


Юрий Башмет. Фото: Михаил Брацило.

Фантазию визуальную помогает поддерживать и музыкальная партитура спектакля. Роль музыки здесь огромна. Оторванная от текста фантазия ею организована. Авторская музыка и аранжировки сочинений Брамса и Густава Малера настраивают внутренний ритм спектакля, ведут повествование и действие за собой. Оркестр, управляемый Юрием Башметом, здесь полноправный участник и созерцатель, не антагонист актеру Хабенскому — друг.

— Есть некий текст автора, который мы попытались перенести и сделать из этого диалог, — делится размышлениями после спектакля Константин Хабенский. — Это некий урок дружбы, как и урок любви. Дружба от любви, оказывается, по эмоциональным волнениям ничем не отличается…

— То, что эта сказка-притча популяризирована как детская книжка, совершенно не соответствует тому, что написал Экзюпери, — поделился размышлениями с «МК» режиссер спектакля Виктор Крамер. — Это трагическая вещь, очень серьезная, личностная и непростая. Мы не против того, чтобы это смотрели и дети, но все-таки адресуем это взрослым, тем, которые пострадали, — им будет легче понять…

Впервые спектакль был показан в феврале 2016 года в рамках IX Международного зимнего фестиваля искусств в Сочи, проводимого Юрием Башметом.

bvaskg-mainlink
Финансовый портал | Новости